Морской царь

Как тут-то в озере вода всколыбалася, Показался Царь Морской...

Былина "Садко"

В мифологическом представлении народа вода рассматривалась как особое царство со своими обитателями и владыкой.

Морской царь — повелитель всех вод, омывающих землю: морей, рек, озер и владыка над всеми подводными обитателями. Живет Морской царь в морских пучинах в хрустальном дворце. В других представлениях — во дворце из стекла, серебра, золота и драгоценных камней. Обиталище Морского царя в глубинах океана изобразил Ломоносов в "Петриаде":

В недосягаемой от смертных стороне, Между высокими кремнистыми горами, Что мы по зрению обыкли звать мелями, Покрытый золотым песком простерся дол: Столпы вокруг его огромные кристаллы, По коим обвились прекрасные кораллы. Главы их сложены из раковин витых, Превосходящих цвет дуги меж туч густых, Что кажет укротясь нам громовая буря; Помост из аспида и чистого лазуря, Палаты из одной изсечены горы; Верхи под чешуей великих рыб бугры; Уборы внутренни покров черепокожных Бесчисленных зверей во глубине возможных. Там трон жемчугами усыпанный янтарь, На нем сидит волнам седым подобный царь. В заливы, в океан десницу простирает, Сапфирным скипедром водам повелевает. Когда Морской царь веселится в своих пышных чертогах, на море разыгрывается непогода, и бушующая стихия топит корабли. В этих случаях корабельщики опускали за борт хлеб-соль, а иногда — и людей по жребию, как в былине о Садко, чтобы умилостивить Морского царя. Сказания рисуют Морского царя не только грозным властелином, но и отцом многочисленного семейства. Только нет у них с водяной царицею — "всем русалкам русалкой" — сыновей: одни дочери.

МОРСКАЯ ЦАРЕВНА

В море царевич купает коня; Слышит: "Царевич!взгляни на меня!"

Фыркает конь и ушами прядет, Брызжет и плещет и доле плывет.

Слышит царевич: "Я царская дочь ! Хочешь провесть ты с царевною ночь?"

Вот показалась рука из воды, Ловит за кисти шелковой узды.

Вышла младая потом голова, В косу вплелася морская трава.

Синие очи любовью горят;

Брызги на шее, как жемчуг, дрожат.

Мыслит царевич: "Добро же! постой!" За косу ловко схватил он рукой.

Держит, рука боевая сильна: Плачет и молит и бьется она.

К берегу витязь отважно плывет; Выплыл; товарищей громко зовет:

"Эй вы! сходитесь, лихие друзья! Гляньте, как бьется добыча моя...

Что ж вы стоите смущеной толпой? Али красы не видали такой?"

Вот оглянулся царевич назад: Ахнул! померк торжествующий взгляд.

Видит: лежит на песке золотом Чудо морское с зеленым хвостом;

Хвост чешуею змеиной покрыт, Весь замирая, свиваясь, дрожит;

Пена струями сбегает с чела, Очи одела смертельная мгла.

Бледные руки хватают песок; Шепчут уста непонятный упрек...

Едет царевич задумчиво прочь. Будет он помнить про царскую дочь!

М. Ю. Лермонтов

Русские простонародные предания говорят из глубины стародавних лет о том, что все дочери Морского царя превратились в большие реки. Потому-то с ними и связаны во многих местах Руси суеверные представления — отголоски древнего обожествления вод земных. Вот что говорится о Морском царе и.его дочерях в былине "Садко".

Был Caдко беден, имел из всего добра только "гусли звончаты", с которыми хаЖивал на пиры званые, веселил народ. Сидел однаЖ-ды Садко на берегу Ильмень-озера, наигрывал на гусельках; вдруг в озере вода всколебалась — и выплыл властитель царства подводного. За игру чудесную посулил Морской царь Садко "клад из Ильмень-озера — три рыбы-золоты перья". Закинул гусельник в озеро невод, и дался ему в руки обещанный клад. Закупил на него Садко товару видимо-невидимо, стал богатым гостем-купцом господина Великого Новгорода...

Почти двенадцать лет путешествовал купец Садко, и вот как-то однажды все его тридцать кораблей замерли посреди моря, словно к воде приросли Стали корабельщики Жребий кидать: кто тот грешник, чьи грехи дерЖат суда на месте? Кого требует бросить в море Морской царь? Выпал Жребий Садко, ибо он двенадцать лет плавал по морю-океану, не отблагодарив подводного владыку, не платя ему дани-пошлины. Отпустили корабельщики Садко на доске в море, и попал он во владения Морского царя Стал играть песенник для подводного владыки. От плясок Морского царя поднялась на море буря великая. По подсказке Николая-угодника, покровителя корабельщиков, Садко порвал струны, и успокоилась морская стихия. Морской царь, Желая оставить у себя чудесного гусельника, предлоЖил ему на выбор одну из своих тридцати дочерей. Все они были как на подбор, но Садко, опять по совету Николая-угодника, выбирает Чернаву (в другом варианте — Женится на Волхве-реке). После свадебного пира Садко засыпает и просыпается на берегу реки Чернавы.

Поет и на гуслях играет Садко,

Поет про царя водяного:

Как было там жить у него нелегко

И как уж он пляшет здорово;

Поет про поход без утайки про свой,

Какая чему была чередь,

— Качают в сомнении все головой,

Не могут рассказу поверить.

А. К. Толстой