Иванова ночь

Мы выйдем в сад с тобою, скромной, И будем странствовать одни. Ты будешь за травою темной Искать купальские огни.

Я буду ждать с глубокой верой Чудес, желаемых тобой: Пусть вспыхнет папоротник серый Под встрепенувшейся рукой.

Ночь полыхнет зеленым светом, — Ведь с нею вместе вспыхнешь ты, Упоена в волшебстве этом Двойной отравой красоты!

А. Блок

Для всех народов Европы, в том числе и для славян, купальская обрядность обязательно включает в себя скатывание горящих колес, обернутых соломой и обмазанных дегтем, с горы в реку. Этот обычай существовал у русских, украинцев, белорусов, поляков, сербов, словаков, чехов, итальянцев, немцев, австрийцев, англичан, венгров. Колесо, особенно горящее и движущееся, символизировало образ огненного солнца. Однако солнцу предстоит поворачивать на зиму, и как в зимние Святки, повсеместно растет тревога, вызванная оживлением нечистой силы. Девушки, чтобы охранить поспевающий урожай, совершали шествие вокруг полей, втыкали среди хлебов ветки осины, крапиву, лопухи, горькую полынь. Так же защищали коровники и хлева.

Высшее значение этого праздника в годовом круге проявлялось в обычае гасить и не зажигать за два дня до Купа-лы огонь. После добывания "живого огня", которое обычно поручалось пожилой женщине, по всем домам разносили новый огонь.

На исходе недели после Купалы люди устраивали "карау-ление солнца". Этот обычай основывался на вере, что под утро короткой ночи солнце будет "играть". Потому всей деревней шумели, хохотали, кричали, крали все забытое и брошенное, и украденное сваливали в кучу за околицей, в шутку забивали хламом двери односельчан для того, чтобы убедить: ночью действительно разгуливала нечистая сила, исчезнувшая с первыми лучами солнца.

А впереди были большие хозяйственные работы. Теперь отсчет времени зависел от поспевания урожая, его уборки, заготовки продуктов на зиму.