Болезни

В народном понимании, болезни являлись результатом действий демонов болезней или нечистой силы. Верили, что болезнь могут наслать ведьмы и колдуны, люди с дурным глазом, или что болезнь возникает в результате порчи — чаще всего от сглаза и урока.

Глазам в древности приписывали огромную колдовскую силу. Особенно опасными считались черные глаза или внезапный взгляд, вызвавший испуг. От дурного глаза пытались уберечься с помощью различных оберегов и защитительных ритуалов. Урок исходил не от взгляда, а от преждевременной похвалы, после которой непременно следовали несчастья. Для лечения от сглаза и урока применялось сбрызгивание, которое мог совершать только знахарь. Желающий пройти этот ритуал должен был предварительно три дня париться в бане, три дня говеть, три дня ходить по улице с непокрытой головой, а потом три дня посещать знахаря. В пустой избе знахарь ставил миску с водой, по углам клал соль. Пришедший лизал эту соль и заранее приготовленные золу и уголь, при этом он каждый раз прихлебывал воду. Знахарь в это время читал заговоры. На третий день знахарь вручал излеченному громовую стрелу и передавал словесные заговоры.

Но чаще всего причиной болезни считали воздействие на человека злых духов в качестве наказания за нарушение общеизвестных запретов (либо запрета на работу в праздники, либо запрета на повреждение деревьев и т. д.).

Демонов болезни называли лихорадками (буквально: "злоделатели", "зло приносящие") и представляли в облике тщедушных, безобразных женщин, часто слепых и безруких. Верили, что лихорадки ходят по селам и стучат клюкой в окна домов, кто откроет — непременно заболеет. Для быстрого перемещения лихорадкам служили крылья, похожие на крылья летучих мышей. Лихорадку-веснуху представляли белым мотыльком, бабочкой.

Общее число сестер лихорадок колебалось от девяти (семи) или двенадцати до девяносто девяти, хотя в народных преданиях лихорадка могла ходить и в одиночку. Старшая из них — самая злая. По некоторым поверьям, она "посылает своих сестер в мир — людей знобить, грешное тело мучить, белые кости крушить". Сестры-лихорадки различались по цвету: белые, желтые, синие и т. д., и каждая имела свое имя. В русских заговорах перечисляются имена лихорадок, соответствующие тому виду страданий, которые вызывает та или иная сестрица: Трясея, Огнен, Ледея, или Озноба (Знобея, Знобуша), Гнетея, Хрипуша, Желтея, Коркуша, или Корчея, Задушиха и др.

Описания лихорадок в поверьях и заговорах обычно очень страшны и картинны. В одном из старинных заговоров сами 

лихорадки представляются так: "Мне есть имя Трясея. Не может тот человек сотрется в печи..." "Мне есть имя Ог-нея. Как разгорятся дрова смоленые в печи, так разжигает во всяком человеке сердце..." "Мне есть имя Ледея. Знобит род человеческий..." "Мне есть имя Гнетея. Ложится у человека по у ребре, аки камень, задыхает, здохнуть не дает с души сметывает..." "Мне есть имя Хрипуша. Стоя кашлять не дает, у сердца стоит, душу занимает, исходит из человека с хрипом..." " Мне есть имя Глухея. Та ложится у человека в головы, и уши закладывает, тот человек бывает глух..." "Мне есть имя Ломея. Ломит у человека кости, и главу, и спину, аки сильная буря сырое дерево". /21/

Двенадцать лихорадок связаны с мотивом проклятых дочерей царя Ирода, одна из которых приказала отрубить голову Иоанну Крестителю и принести ее на блюде. Часто солнце представляли головой Иоанна Крестителя. Когда она поворачивалась к земле отрубленным местом, наступало солнечное затмение. Лихорадок иногда называют "девами Иродиадами", подчеркивая их враждебность роду человеческому, а также "девами-трясовицами", "двенадцатью сестрами дьявольскими трясовицами". Иродиада, по преданию, была плясунья; лихорадки тоже, в общем-то, — "плясуньи", точнее — "трясуньи".

Верили, что земля крепко держит лихорадок на цепях в своих мрачных подземельях ада. Но спущенные по неосторожности или срываясь с цепей, они вереницей разлетаются по свету и нападают на людей. Одним поцелуем могут они причинить трясовицу и входят в одержимых ею. Если человеку обмечет болезнь губы, про него говорят: " Его поцеловала лихорадка (лихоманка)". По некоторым поверьям, сами лихорадки зайти в избу не умеют и стоят потому в сенях у дверной притолоки, прижавшись в угол и ожидая, когда войдет кто-нибудь из "виноватых", на кого можно будет накинуться, с ним и проникают в дом.

А весенние болезни людей — оттого, что лихорадки, запертые зимой в снежные горы, с началом таяния снегов вырываются из плена и разбегаются по белому свету и, заморенные, с жадностью набрасываются на неосторожных людей. Крестьяне полагали, что девы-лихорадки особенно опасны в конце зимы и весной, а также на закате солнца. Существовало множество заговоров, с помощью которых было принято "заговаривать лихоманку", то есть изгонять лихорадку.

Кое-где верили, что лихорадка является в виде красивой женщины, ищущей приятных видом мужчин. Чтобы избавиться от нее, одержимый лихорадкой обмазывал лицо грязью, так что страшно было взглянуть на него, и залезал в яму. Там он лежал, не шевелясь, пока к краю ямы не Подойдет лихорадка. Она станет просить больного выйти оттуда, но он не должен подавать признаков жизни. Лихорадка, наконец, плюнет на лежащего и скажет: " Не приду к тебе больше вовек! Ты безобразен, выпачкан, обмаран!" — и уйдет навсегда.

Способов избавиться от лихорадки существовало множество. Но чаще всего прибегали к изгнанию лихорадок с помощью разного рода средств — как чисто магических, так и практических: настоев трав, порошков, ванн, растираний и т. п.

В одном из рассказов колдун изгоняет лихорадку с помощью змеи:

В деревне Югозере заболел один мужик лихорадкой и отправился к колдуну подлечиться; колдун положил его спать в амбар и под соломенную настилку, на которой должен был почивать больной, положил змею, спрятанную в голенище. Хотел больной заснуть, но не может; является к нему белая женщина и говорит Уйди, зачем ты сюда пришел? Если не уйдешь, я убью тебя!" Испуганный мужик побежал к колдуну. Колдун объяснил ему, что лихорадка стращает и гонит его для того, чтобы в нем остаться; Затем привел мужика на прежнее место и велел лежать; причем нарочно громко, для того чтобы лихорадка услышала, сказал, что он вспорет мужика розгами, если он осмелится встать. Испуганная предстоящею поркою, лихорадка удалилась.